"Король" оперы Давид Гвинианидзе

---

01.09 13:30   Полина Лимперт

У Давида Гвинианидзе много званий и титулов, но прежде всего он – Тенор, а тенор на сцене – Король! Именно для теноров написаны самые "шлягерные" арии всего мирового оперного репертуара, и у Давида есть редкая и счастливая возможность их петь!

Давид - обладатель изумительного по красоте и тембру голоса, Лауреат самых престижных всероссийских и международных конкурсов. Это – главное, и из этого "растет" все остальное: и солирование в знаменитом московском театре "Геликон-опера", и создание и президентство в фонде "Таланты мира", который и привозит к нам в Израиль блестящее "Посвящение Марио Ланца" - гала-концерт трех теноров – самого Давида Гвинианидзе, Франческо Аниле из Италии и Алехандро Олмедо из США.



- Начнем с Марио Ланца. Этот американский тенор итальянского происхождения пользуется особой любовью всех теноров мира, что, наверное, является высшим признанием Личности. Я знаю, что его очень любил Муслим Магомаев, настолько, что даже книгу про него написал. Вы посвящаете ему концерт. Чем этот человек это от вас заслужил?

- Марио Ланца – один из моих кумиров! Во-первых, у него был действительно прекрасный голос, который выделял среди других голосов даже великий дирижер Артуро Тосканини. Ну, а во-вторых, я считаю, что именно Марио Ланца стал первым, кто сделал высокое искусство классического вокала доступным миллионам зрителей. Фильмы с его участием заставили многих и многих людей стать поклонниками оперы. А я считаю себя продолжателем его дела. Мне хотелось бы, чтобы опера – "искусство королей" - стала более популярна, чтобы именно на шедеврах мирового вокала воспитывалась молодежь!

- Впервые три тенора - в составе великих Хосе Каррераса, Пласидо Доминго и Лучано Паваротти - встретились в концерте, посвященном открытию чемпионата мира по футболу в 1990 году. Но идея такого концерта возникла еще в конце 80-х, как знак поддержки Хосе Каррераса в его победе над лейкемией. Как встретились вы с Франческо и Алехандро?Что вас подвигло петь вместе? Как возникла идея вашего совместного концерта?


- Концерты трех теноров были очень популярны в мире, и, естественно, что у них появилось много последователей, которые просто повторяли этот проект, но уже с участием менее титулованных исполнителей. Мне же хотелось, сохранив общую идею концерта трех теноров, внести в нее и нечто новое. Так появился проект "Три тенора из трех частей света" - в нем участвовал и Алехандро, который представлял в проекте Америку, и тенор, который представлял Азию. Я в этом проекте выступал от имени Европы.
С Алехандро Олмедо мы познакомились в "Централ-парке" в Нью-Йорке, где он выступал в роли Радамеса в спектакле "Метрополитен-опера". Затем на гастролях в Италии я познакомился с Франческо. И появилась мысль сделать концерт, в котором на одной сцене выступали бы солисты лучших оперных театров мира – "Метрополитен-опера" и "Ла Скала". Я в этом проекте выступаю как президент и художественный руководитель фонда "Таланты мира", который в некоторой степени тоже можно отнести к оперным театрам, так как наша концертная организация сотрудничает с сотнями лучших исполнителей по всему миру.

- Целью фонда, который вы возглавляете, является популяризация оперной музыки, и для этого в каждое ваше выступление вы вносите элемент шоу. Что представляет собой элемент шоу во время оперного концерта? Что будет особенного и необычного в том концерте, который нам предстоит увидеть?

- Для участия в своих проектах я стараюсь приглашать только лучших исполнителей. Исполнитель – это не только вокалист, но и актер. Хороший актер из каждой арии или песни способен сделать мини-спектакль, как Федор Шаляпин, который одним жестом "клал публику в карман". А в нашем концерте участвуют сразу три Исполнителя… Так что что необычного вас ждет, вы можете додумать сами!



- Как вам самому нравится ваш будущий концерт? Считаете ли вы этот концерт своим успехом?

- Безусловно, этот проект можно считать большим успехом, потому что это не первый подобный концерт, который мы проводим, и все предыдущие опыты вызвали большой резонанс. Лучшим доказательством успеха я считаю не хвалебные отзывы прессы, которые, безусловно, тоже очень приятны, а признания простых людей из зала, которые, стоя, аплодируют по пятнадцать минут, не отпуская нас со сцены… Или признания в интернете типа: "Я случайно попал на этот концерт, а теперь я регулярно хожу в оперу…"

- Тот же Марио Ланца вдохновил многих певцов, которые до него вообще не знали, что такое опера, петь именно в опере. Кто вдохновил вас? Как вы начинали свое пение?

- Петь я начал в раннем детстве, в вокально-инструментальном ансамбле. И об опере и не помышлял. Наоборот, громкое пение меня отпугивало, а больше всего мне нравилось слушать задушевные романсы в исполнении Нани Брегвадзе. Но потом я познакомился с творчеством великой оперной дивы Марии Каллас, которая и стала моим кумиром и путеводной звездой в мир оперы. Конечно, кроме нее есть еще и другие, кого я мог бы назвать своими кумирами, например, замечательные тенора Энрико Карузо, Марио дель Монако, Лучано Паваротти. А с Пласидо Доминго вообще меня многие сравнивают, говорят, я похож на него молодого….

- Кто ваши родители? Имеют ли они отношение к миру искусства?

- У меня замечательные родители: мама – врач, кандидат наук, многие пациенты стараются попасть на прием именно к ней, а отец – профессор, преподает в Политехническом университете. Как и во многих семьях Грузии, в нашей семье многие пели, но делать из этого профессию… Отец был категорически против моей карьеры певца, и мне пришлось, выполняя волю родителей, поступить в Политехнический университет. А параллельно я учился в Музыкальной академии. Оба учебных заведения я закончил одновременно, с "красными" дипломами. Сейчас, конечно, родители мной гордятся, и в нашем доме висят мои афиши, мама коллекционирует диски наших концертов, а отец рассказывает о географии моих поездок своим друзьям.
- Какими были ваши университеты? Кого вы можете назвать своим учителем?

- Уже на третьем курсе Музыкальной академии я стал солистом Батумского государственного академического театра оперы и балета. И хотя моими педагогами были многие известные исполнители, особенно мне хотелось бы выделить народного артиста Грузии тенора Александра Хомерики, который в то время был и художественным руководителем Батумского театра. Уже в первом своем сезоне мне удалось исполнить партии Альфреда в "Травиате" (Дж. Верди), Туридду в "Сельской чести" (П. Масканьи) и Котэ в "Кето и Котэ" (В. Долидзе). Одновременно, уже со второго курса академии, я вел авторскую передачу на грузинском телевидении, которая называлась "Тенор" и рассказывала о великих оперных исполнителях, композиторах, спектаклях.
Тогда же я стал участвовать в конкурсах и получил свои первые награды.

- Вы помните свой первый концерт? Волновались ли вы? И вообще, вы волнуетесь перед выходом на сцену?

- Конечно, первый концерт забыть нельзя! Это было на первом курсе академии, и мне предстояло исполнить известную неаполитанскую песню "О мое солнце" ("O sole mio"). В то время я только начал серьезно заниматься вокалом, и верхние ноты мне были подвластны не всегда. Я очень волновался, выйдя на сцену, но именно это волнение позволило мне исполнить песню безукоризненно. И именно тогда я понял, что истинный артист всегда волнуется, выходя на сцену, но только тогда ты можешь называться истинным артистом, когда это волнение ведет тебя к вершине искусства, помогает преодолевать трудности.

- Тенор – самый прекрасный, самый романтичный и самый обольстительный мужской голос. Именно для теноров написано множество партий героев-любовников. Влияют ли исполняемые вами роли на вашу обычную жизнь?

- Наверное, влияют… Готовясь к роли, оценивая своего героя, пытаясь раскрыть для себя его внутренний мир, понять его переживания, я многое по-новому осмысливаю для себя. Я человек очень темпераментный, но подготовка к постановкам и концертам учит меня "сдерживать" свои эмоции, подчинять их рассудку… А что касается героя-любовника… Я не скрываю своего поклонения перед Женщиной, что можно проследить и в моих проектах – "Дуэль теноров и баритонов", "Королевский турнир, или Состязание теноров, баритонов и басов", "В опере только мужчины" - самая прекрасная музыка звучит в честь прекрасных дам!

- Ланца каждый день жил так, как будто это был его последний день. Так же он и пел. А выкладываетесь ли вы каждый раз – как в последний раз? Или все-таки рассчитываете свои силы?

- Мария Каллас говорила, что петь надо, "обливая каждую ноту кровью сердца". Именно поэтому она стала эпохой в оперном искусстве. Нельзя петь "процентами с капитала", относясь к музыке как к ремеслу. Публика это сразу поймет и перестанет уважать и любить. А любовь зрителей исполнителю необходима. Каждый раз на сцене я отдаю зрителям свою энергию, а в ответ получаю новый заряд бодрости, который мне отдает зал!

- Трое мужчин на одной сцене, в одном концерте – нет ли между вами соперничества? Не будет ли кто-то обижен, что не ему дали спеть ту партию, которую он хотел, и что он вообще поет меньше, чем другие? Был ли у концерта режиссер? Как распределялись партии?

- Режиссер и постановщик концерта – я. Я же выбираю, какие именно произведения будет исполнять тот или иной певец. Разумеется, я ориентируюсь и на их желания, но также играет роль и то, насколько произведение подходит для голоса и темперамента исполнителя, кто в какой роли больше всего поразит публику. Обиженных обычно не бывает, тем более что самые любимые произведения мы исполняем вместе. А доля здорового соперничества еще никому не вредила – ведь каждый старается показать себя с лучшей стороны.

- Случались ли у вас в концертах "нештатные ситуации"?

- Конечно. Но все участники концерта – настоящие Артисты, которые своим талантом, импровизацией и чувством юмора могут преодолеть все препоны. А красивый экспромт только оживляет концерт.

- Что вы чувствуете, когда слышите аплодисменты? Есть ли у вас запас сил, чтобы спеть на бис?

- Аплодисменты и крики "браво" - необходимы для артиста. Они "подстегивают", заставляют выступать еще лучше. И овации дают дополнительную энергию, придают силы, чтобы петь еще и еще. Легко петь на бис, когда душа поет и ты чувствуешь себя единым со своими зрителями.

- Как правило, довольны ли вы сами своим выступлением? Вы ведь, как никто другой, сами себе честно можете сказать – "сегодня я был не в лучшей форме", или, наоборот, – "Ай да Пушкин, ай да сукин сын!"?

- Как правило, я после выступления просматриваю запись и устраиваю сам себе "разбор полетов". Все мы люди, и у каждого бывают не лучшие дни, когда ты не очень хорошо себя чувствуешь. Но зритель этого заметить не должен – для этого и существует вокальная школа и мастерство исполнителя.

- Доводилось ли вам бывать в Израиле? У нас особенная страна, в том числе и в том, что каждый день может начаться "обмен любезностями" между нами и палестинцами в виде ракетных обстрелов и самолетных бомбардировок. Концерт могут и отменить в последнюю минуту. Не боитесь?

- Мы уже гастролировали в Израиле – фонд "Таланты мира" представлял проект "Парад лучших баритонов России", посвященный памяти Муслима Магомаева. Прошло четыре концерта, причем пока мы ехали на один из них, в городе, куда мы ехали, произошел теракт. Ничего, концерт состоялся, зрители пришли, и мы для них пели. И вообще, я верю, что именно сила искусства способна уладить все конфликты. Поэтому и девиз моего фонда - "От искусства мира к миру на планете"!

- Есть ли у вас свое творческое видение решения нашего конфликта?

- Уже давно прошли времена, когда в оперных театрах публика собиралась для обсуждения политических решений. Опера – великое искусство, способное примирить людей всего мира, но мирить – это все, что мы можем!

  РАСПЕЧАТАТЬ

Лента новостей

ЗА 12 Ч. ЗА 24 Ч.